Кассета на паузе

Во дворе ещё асфальт не остыл от зноя,

Мы стирали кеды в пыль, забыв про всё земное.

В кармане мятый фантик, пара стеклянных шаров,

И ключ на толстой нитке — символ всех дворов.

По «видику» крутили боевик в гнусавом дубляже,

А мы спасали мир на третьем этаже.

И если провод от приставки снова замотал,

Подуй на картридж — и начни сперва.

И стрелки на часах бежали не туда,

Где взрослые заботы и счета,

Лишь крикнет мама из окна: «Пора домой!» —

А нам казалось, вечер бесконечный и живой.

Перемотай кассету карандашом назад,

Туда, где тополя в июльский снегопад,

Где разбитые коленки зелёнкой жжёт слегка,

И в синем небе тают без следа облака.

Мы строили замки из веток и картонных стен,

Не зная, что впереди — эпоха больших перемен.

Жевательная резинка, вкладыш номер сорок два,

И от дворовых тайн кружилась голова.

Мы мерили лужи резиновым сапогом,

И чай с батоном и смородиновым вареньем перед сном.

В ламповом экране рябил ночной эфир,

Но самым настоящим казался этот мир.

Без лишних проводов, без сети и звонков,

Достаточно свистнуть — и друг уже готов.

И стрелки на часах бежали не туда,

Где взрослые заботы и счета,

Лишь крикнет мама из окна: «Пора домой!» —

А нам казалось, вечер бесконечный и живой.

Перемотай кассету карандашом назад,

Туда, где тополя в июльский снегопад,

Где разбитые коленки зелёнкой жжёт слегка,

И в синем небе тают без следа облака.

Мы строили замки из веток и картонных стен,

Не зная, что впереди — эпоха больших перемен.

И пускай уже сменились все адреса,

И другие во дворе звучат голоса,

В старой коробке с открытками до сих пор лежит

Тот самый билет в детство, который никуда не спешит.

Перемотай кассету карандашом назад,

Туда, где тополя в июльский снегопад!

Где разбитые коленки зелёнкой жжёт слегка,

И в синем небе тают без следа облака.

Мы строили замки из веток и картонных стен,

И оставались детьми в эпоху любых перемен.