Красная Жатва

Он пришёл. В красном. Не смотри ему в глаза.

Шёпот стали, запах гари, начинается гроза.

Тихо, слышишь? Это смех.

Он ненавидит нас всех.

В алом костюме, как с иголочки, идёт по мостовой,

На губах его усмешка, взгляд холодный, неживой.

Он коснулся плечом парня, что стоял у фонаря,

И в глазах того блеснула ярость, словно от огня.

Друг упал под острым лезвием, не в силах осознать,

Как легко любовь и преданность на гнев в себе сменять.

Всадник смотрит с упоением, как рушится устой,

Для него мы лишь мишени в этой схватке роковой!

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!

В окнах свет погас мгновенно, там на кухне шум и крик,

Там жена сковородой прикончила супруга в тот же миг.

Ярость льётся через край, не разбирая ни имён,

Всадник в красном торжествует — он безумием опьянён.

Он ненавидит наше племя, нашу нежность и уют,

Где вчера цвели сады, теперь лишь кости восстают.

Люди бросились в атаку, задыхаясь от вражды,

Пожирая души близких в этом вихре пустоты!

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!

Кто выжил в этот страшный час, не сможет позабыть,

Как трудно было в мире зла дыхание хранить.

Навеки шрам в сознании, как выжженный клеймом,

Тот день, когда пришёл Война в наряде дорогом.

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!

Город в огне, небо в саже и дыму,

Каждый за себя, всё подвластно лишь ему!

Свой или чужой — больше нет былых границ,

Кровь на руках, ужас в отраженьи лиц!