Свинцовый салют

Серая пыль на берцах, в глазах отраженье огня.

Я вышел оттуда, где ночь не сменяется днем.

Мы шли по нулям, по осколкам чужого вранья,

И каждый мой шаг был отмечен свинцовым дождем.

Под каской седеет висок, хоть мне нет тридцати,

На связи позывной, а в сердце — зияет дыра.

Я должен был их всех, каждого брата спасти,

Но ветер унес их сухие слова во вчера.

Я помню их лица, я слышу их смех в тишине,

Когда закрываю глаза, возвращаюсь назад.

Мой путь разведчика выжжен на этой войне,

И в памяти — только холодный, безжизненный взгляд.

Мы просто хотели домой, где нас любят и ждут,

Но вместо рассвета встречали свинцовый салют.

И боль эту вряд ли когда-то врачи заберут,

Ведь души погибших со мной до сих пор тут живут.

Дрожит папироса в руке, дым летит в потолок,

Пытаюсь собрать воедино обрывки тех дней.

Как пуля прошила броню, как товарищ прилег,

И небо над ним становилось темней и темней.

Я вынес его на руках через минные сны,

Шептал ему: "Брат, потерпи, мы почти у своих".

Но он не дожил до весны, до проклятой весны,

И мир мой навечно расколот на мертвых, живых.

Я помню их лица, я слышу их смех в тишине,

Когда закрываю глаза, возвращаюсь назад.

Мой путь разведчика выжжен на этой войне,

И в памяти — только холодный, безжизненный взгляд.

Мы просто хотели домой, где нас любят и ждут,

Но вместо рассвета встречали свинцовый салют.

И боль эту вряд ли когда-то врачи заберут,

Ведь души погибших со мной до сих пор тут живут.

Меня спросят: "Ну как ты там был? Расскажи, что видал?"

А я промолчу, опуская тяжелый свой взор.

Как можно словами им выдать тот ад, тот металл,

Тот тихий, предсмертный, отчаянный наш разговор?

Я выжил один, но оставил там часть своей сути,

Средь серых полей, где теперь прорастает бурьян.

И каждую ночь я бреду по тому же маршруту,

И боль заливаю в граненый, холодный стакан.

Я помню их лица, я слышу их смех в тишине,

Когда закрываю глаза, возвращаюсь назад.

Мой путь разведчика выжжен на этой войне,

И в памяти — только холодный, безжизненный взгляд.

Мы просто хотели домой, где нас любят и ждут,

Но вместо рассвета встречали свинцовый салют.

И боль эту вряд ли когда-то врачи заберут,

Ведь души погибших со мной до сих пор тут живут.

Разведка уходит в туман, не оставив следа.

И я ухожу... только я не вернусь никогда.